Джидя про свэто екх тыкнинько чяёри. Латэ исыс гожо лолинька шапочька. Чяёри адякэ камэлас пэскри шапочька со урелас ла кажно дывэс. Паладава сарэ ла кхарэнас «Лолинько Шапочька».
— Лолинько Шапочька, — екх моло пхэндя дай чяёрьякэ. — Тири пхуридай насвалы. Мэ пэкьём лакэ гудлэ псироги. Ян лэн собы ёй тэ хал.
— Мишто, даёри, — пхэндя Лолинько Шапочька, лэя корзинка псирогэнца и гыя кэ пхуридай.
Пхурори дживэлас дро кхэр пал о вэш. Э чяёри на закамья тэ обджял о вэш и гыя вэшытконэ дроморэса. Ёй джялэс и скэдэлас о лулудя пхуридакэ.
Вдруг э кустендэр выгыя баро серо рув. Лолинько Шапочька никогда на дыкся рувэн и на полэя кон ада. Ёй дажэ на здардя и только пхэндя:
— Лачё дывэс!
— Лачё дывэс, чяёри, — пхэндя рув. — Карик ту джясэ?
— Мири мами насвалы, и мэ янава лакэ псироги, — пхэндя Лолинько Шапочька.
— А кай тири мами дживэла? — пучя рув.
— Ёй дживэла дро тыкнинько парнэ кхэр пал о вэш.
— Тогда ту джясэ на чячюнэс! Тукэ трэби тэ джяс одолэ дроморэса, — пхэндя рув и сыкадя вавир дроморо. Ёв обхохадя чяёрья. Вавир дроморо сыс длэнгодыр. О рув придуминдя тэ припрастал кэ кхэроро пэрвонэс и тэ хал пхурорья, а потом, пал гудлэстэ, тэ хал и чяёрья.
Нэ Лолинько Шапочька адалэс на джинэлас. Ёй парикирдя рувэс и гыя ваврэ дроморэса. А рув сыго-сыго прастандэя кэ пхурорьякирэ кхэр и припрастандэя пэрвонэс. Ёв мардя дрэ порта.
— Кон одой? — пучя пхурори.
— Адай мэ, тумари внучька! — уче глосорьяса пхэндя рув.
— Потырдэ шэлоро, тыкнори мири, порта откэрэлапэ!
О рув потырдя шэлоро, порта откэрдяпэ, ёв прастандэя дро кхэроро и – ам! – хая пхурорья. А кокоро урья лакирэ урибэ и пасэём дрэ пасинды. Ёв подуминдя со авэла дырван сабныткос тэ прикэрэлапэ пхурорьяса.
Вот Лолинько Шапочька подгыя кэ тыкнинько парнэ кхэроро. Ёй мардя дрэ порта.
— Кон одой? — пучя рув пхурорьякиро глосьяса.
— Адай мэ, тумари внучька! — пхэндя Лолинько Шапочька.
— Потырдэ шэлоро, тыкнори мири, порта откэрэлапэ!
Лолинько Шапочька потырдя шэлоро и порта откэрдяпэ. Чяёри вгыя дро кхэроро, тходя лулудя дрэ вазочька и бэстя пэ мамискрэ пасинды. Ёй ґара на дыкхэлас мамья и на можынэлас тэ полэл со ласа на адякэ.
— Мами, мами, — пучя чяёри, — а соскэ тутэ адасавэ барэ якха?
— Ада собы фэдыр тэ дыкхав тут, тыкнори мири! — пхэндя рув.
— Мами, мами! А соскэ тутэ адасавэ барэ кана?
— Ада собы фэдыр тэ шунав тут, тыкнори мири! — пхэндя рув.
— Мами, мами! А соскэ тутэ адасавэ барэ васта?
— Ада собы зоралэдыр тэ облав тут, тыкнори мири! — и адай о рув ухтылэя Лолинько Шапочька.
— Мами, мами! А соскэ тутэ адасавэ барэ данда?!
— Ада собы тэ хав тут!!! — тэ дэя годлы ё рув. Нэ только ёв откэрдя пасть, сыр э чяёри вырискирдяпэ лэскрэ вастэндыр. Ёй прасталас пир о кхэр и дэлас годлы, а рув марэласпэ ла тэ ловинэл. Вэшэстэр выджянэс охотники. Ёнэ шундэ годлы, впрастандынэ дро кхэр и умардэ рувэс, а потом вылынэ лэскрэ пэрэстэр пхурорья. Ёй сыс джиды, нэ дырван здарды.
И пхурори чяёрьяса укэрдэ охотникэн гудлыпнаса и псирогэнца.
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
